В годы войны Саракташский народный суд Чкаловской области располагался в небольшом деревянном здании с печным отоплением, с одним залом для судебных заседаний, неприспособленным для отправления правосудия. Очень часто проводились выездные судебные заседания, в связи с тем, что не было дорог и транспорта, граждане не могли самостоятельно добираться до суда.  На выездные заседания судьи отправлялись на лошадях (этот вид транспорта существовал до 1969 года). За судом были закреплены два тарантаса, двое саней. В штате был конюх, действовало два судебных состава.

          Основные тяготы правосудия по-прежнему несли народные судьи. В суде была строгая дисциплина, рассматривались гражданские, уголовные дела, производились взыскания по исполнительным производствам. Из архивных документов районного суда видно, что была установлена уголовная ответственность за хищение чужого имущества (зерна, семенного проса, бахчевых культур, личного имущества граждан (ст.162 УК РСФСР), за злоупотребление властью или служебным положением (ст.109 УК РСФСР), за спекуляцию продуктов сельского хозяйства, предметов массового потребления ( ст.107 УК РСФСР), за телесные повреждения (ст.146УК РСФСР) и иные преступления.

           Судебное производство не подвергалось коррективам и ссылкам на тяжелую жизнь в суровое военное время. Наказывали достаточно сурово на срок от 3 до 7 лет лишения свободы. В суде уголовных, гражданских дел времен 1941-1945гг. не сохранилось, хранятся только итоговые подлинные приговоры Саракташского народного суда за период с 1940 по 1945гг. Были осуждены как мужчины, так и женщины из крестьян-бедняков за разные преступления.

          Приговором народного суда Саракташского района Чкаловской области от 17 сентября 1941 года осужден Морозов Т.А. по ст.109 УК РСФСР за злоупотребление служебным положением. Судом установлено, что Морозов Т.А. с 26 мая 1941 года работая директором Петровского детдома злоупотреблял служебным положением - занимался самоснабжением - кормился сам и также свою жену за счет общественного питания детдома. Допускал, что дети находились в антисанитарных условиях, в результате заболевали разными болезнями, что вызывало недовольство среди детей. Актами ревизии установлено, что сумма ущерба продуктов взятия для снабжения своего семейства Морозовым составляет 1440 рублей. Судом Морозов признан виновным по ст.109 УКРФ и был подвергнут наказанию к исправительным трудовым работам сроком на один год по месту работы с удержанием 20% от заработка в пользу государства. Взыскано с осужденного Морозова Т.А. в пользу Петровского детдома 1440 рублей причиненного ущерба. Приговор был обжалован в судебную коллегию облсуда, оставлен без изменения (стилистика по возможности сохранена).

В 1942, 1943 годах было осуждено 30 мужчин и 24 женщины за разные преступления, лидерство среди преступлений, за которые назначалось наказание в виде реального лишения свободы занимают  кражи (ст. 162 п.в,г,д УК РСФСР), за ними злоупотребление властью или служебным положением (ст.109 УК РСФСР), спекуляция продуктов сельского хозяйства, предметов массового потребления ( ст.107 УКРСФСР) и т.д.

Исходя из того, что целью наказания, кроме восстановления социальной справедливости, является исправление осужденного и предупреждение совершения новых преступлений, судьями тщательно исследовались особенности личности, то есть пол, возраст, состояние здоровья виновного.

11 ноября 1942 года народным судом Саракташского района осуждена гр. Асташова К.Н. по ст.162 п.д УК РСФСР. Судом установлено, что, работая штурвальщиком на комбайне Асташова, систематически с начала уборки урожая в колхозе им. Темирязева занималась хищением пшеницы с бункера комбайна. Всего похитила 150 кг. пшеницы, совершила кражу чужого имущества и была приговорена судом к пяти годам л/свободы с поражением в правах на 2 года. Приговор оставлен в силе.

Наибольшее количество лиц было осуждено к реальному лишению свободы за преступления, поскольку указанные категории преступлений представляют собой повышенную общественную опасность и лица, их совершившие, должны быть изолированы от общества в целях профилактики и недопущения совершения ими новых преступлений.

В 1944 году 18 октября народным судом Саракташского района была осуждена крестьянка Смутина И.Д. по ст.146 ч.1 УК РСФСР. Судом установлено, что Смутина около своего двора на почве скандала нанесла телесные повреждения другой крестьянке, на голове нанесла рану размером 5х3 см. глубиной, в правом предплечье кожно-мышечная рана размером 8х3 глубиной в 2 см., что подтверждается справкой врача. Потерпевшая была на больничном 14 суток. Смутиной И.Д. назначено наказание по ст.146 ч.1УК РСФСР за нанесение телесных повреждений с причинением расстройства здоровья в виде шести месяцев исправительных работ с вычетом по 25% из заработка на общих основаниях.

27 июня 1945 года Саракташским народным судом осуждена крестьянка Гурьянова М.Ф. по ст.111 УКРСФСР. Работая в колхозе Кагановича Спасского с/с  пчеловодом  халатно относилась к своим служебным положением, были похищены рамки с медом и уничтожила 7 пчелосемей. Без ведома правления колхоза уходила к своим родственникам на 8-9 дней, а за эти дни было похищено 5 рамок с медом из 5 улей и уничтожено 5 пчелосемей.

Гурьянова никаких мер не приняла, замок в омшанике не сменила, не поставила вопроса о круглосуточной охране пчел, через 2 дня было похищено еще из 2 улей рамки с медом и уничтожены пчелы. Гурьянова как специалист никаких мер не приняла в отношении охраны. Не сменила замки, этим самым не предотвратила вторую кражу. Кроме этого, у Гурьяновой были при себе ключи, она оставляла их дома отлучалась из села на целые недели и больше и могли домашние воспользоваться и брать ключи и похищать мед из омшаника. Судом была наказана на год исправительных работ с вычетом по 25% из заработка. Приговор оставлен в силе.