Утверждено

на заседании президиума

Оренбургского областного суда

«02» июля 2026 года

 

ОБОБЩЕНИЕ

судебной практики рассмотрения районными, городскими судами Оренбургской области споров, связанных с наследованием имущества

 

Судебной коллегией по гражданским делам Оренбургского областного суда в соответствии с планом работы Оренбургского областного суда на первое полугодие 2026 года, утвержденным президиумом Оренбургского областного суда, проведено обобщение судебной практики по спорам, связанным с наследованием имущества.

Обобщение проводилось по делам, рассмотренным за период с 1 января 2023 года по 31 мая 2026 года, а также учитывались правовые позиции, сформированные Верховным Судом Российской Федерации и судебная практика Шестого кассационного суда общей юрисдикции за данный период.

Целью настоящего обобщения является определение единого подхода к разрешению указанной категории дел, соблюдение норм материального и процессуального права судьями Оренбургской области при разрешении дел, связанным с наследованием имущества, выявление наиболее распространенных ошибок и их устранение в дальнейшем.

 

1.                 Общие положения.

Конституция Российской Федерации  гарантирует каждому право на наследование (часть 4 статья 35 Конституции Российской Федерации).

Право наследования, провозглашенное в статье 35 (часть 4) Конституции Российской Федерации и урегулированное на отраслевом уровне гражданским законодательством, обеспечивает гарантированный государством переход имущества, принадлежавшего умершему -наследодателю, к другим лицам - наследникам. Это право включает как право наследодателя распорядиться своим имуществом на случай смерти, так и право наследников получить данное имущество и, согласно позиции Конституционного Суда Российской Федерации, вытекает также из статьи 35 (часть 2) Конституции Российской Федерации о праве каждого иметь имущество в собственности, владеть, пользоваться и распоряжаться им как единолично, так и совместно с другими, что является основой свободы наследования (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 26 марта 2024 года № 12-П).

Обеспечивая гарантированный государством переход имущества, принадлежавшего умершему (наследодателю), к другим лицам (наследникам),  право наследования само по себе не является основанием для возникновения у гражданина субъективных прав в отношении конкретного наследства - эти права возникают у него в силу завещания, наследственного договора или закона, которым в настоящее время является Гражданский кодекс Российской Федерации.

Гражданский кодекс Российской Федерации (далее по тексту – ГК РФ) прямо закрепляет принцип универсальности наследственного правопреемства в качестве основы регулирования соответствующих отношений. Пунктом 1  статьи 1110 ГК РФ установлено, что при наследовании имущество умершего переходит к другим лицам в порядке универсального правопреемства, т.е. в неизменном виде как единое целое и в один и тот же момент, если из правил данного Кодекса не следует иное, а в силу пункта 2 его статьи 1152 ГК РФ принятие наследником части наследства означает принятие всего причитающегося ему наследства, в чем бы оно ни заключалось и где бы оно ни находилось.

Возникающие в настоящее время споры,  связанные с наследованием имущества,  рассматриваются судами как с применением норм части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации и Федерального закона от 26 ноября 2001 года № 147-ФЗ «О введении в действие части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации», так и с учетом требований Гражданского кодекса РСФСР 1964 года.

Нормы части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации применяются к наследственным правоотношениям, возникшим в связи со смертью наследодателя, наступившей после 1 марта 2002 года. Отступления от этого правила допускаются лишь в случаях, предусмотренных Федеральным законом от 26 ноября 2001 года № 147-ФЗ «О введении в действие части третьей ГК РФ».

В частности, статьей 6 указанного Федерального закона нормам, расширяющим круг наследников (статьи 1142 - 1148 ГК РФ), придана обратная сила: лица, которые включены в состав очередей наследников по части третьей ГК РФ, могут призываться к наследованию и по наследствам, открывшимся до 1 марта 2002 года, при наличии определенных условий.

Нормы, касающиеся отдельных положений о наследовании и применимые к наследственным правоотношениям, содержатся также в первой и второй частях Гражданского кодекса Российской Федерации, в Трудовом кодексе Российской Федерации, Земельном кодексе Российской Федерации, Семейном кодексе Российской Федерации, Гражданском процессуальном кодексе Российской Федерации. Однако нормы права, содержащиеся в других законах, должны соответствовать положениям ГК РФ.

Процедура оформления наследственных прав регламентирована Основами законодательства Российской Федерации  о нотариате от 11 февраля 1993 № 4462-1.

В целях формирования единообразной судебной практики по применению гражданского законодательства о регулировании наследственных отношений 29 мая 2012 года принято постановление Пленума Верховного Суда РФ № 9 «О судебной практике по делам о наследовании».

 

2. Подсудность споров.

Дела, возникающие из наследственных правоотношений, связаны с переходом имущественных прав и обязанностей в порядке универсального правопреемства от наследодателя к наследникам. Данные дела независимо от субъектного состава их участников и состава наследственного имущества подведомственны судам общей юрисдикции (пункт 1 части 1 и часть 3 статьи 22, пункт 5 части 1 статьи 23 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее по тексту - ГПК РФ)).

В частности, суды общей юрисдикции рассматривают дела:

а) по спорам о включении в состав наследства имущества в виде акций, долей в уставном (складочном) капитале хозяйственных обществ и товариществ, паев членов кооперативов, земельной доли, полученной наследодателем при реорганизации сельскохозяйственных предприятий и приватизации земель;

б) по требованиям о выплате действительной стоимости доли наследодателя в уставном (складочном) капитале хозяйственного товарищества или общества либо о выдаче соответствующей ей части имущества в натуре, о выплате стоимости пая умершего члена производственного кооператива и т.п.

Дела по заявлениям, содержащим, наряду с требованиями, возникшими из наследственных правоотношений, требования, подведомственные арбитражному суду, разделение которых невозможно, согласно части 4 статьи 22 ГПК РФ подлежат рассмотрению и разрешению в суде общей юрисдикции.

Федеральным законом № 147-ФЗ от 22 июля 2008 года в пункт 5 статьи 23 ГПК РФ внесены изменения, в соответствии с которыми дела о наследовании имущества подсудны районным судам.

Пунктом 2 постановления Пленума Верховного Суда РФ «О судебной практике по делам о наследовании» от 29 мая 2012 года № 9 разъяснено, что в соответствии с правилами о родовой подсудности гражданских дел, установленными статьями 23 - 27 ГПК РФ, все дела по спорам, возникающим из наследственных правоотношений, в том числе дела по требованиям, основанным на долгах наследодателя (например, дела по искам о взыскании задолженности наследодателя по кредитному договору, по оплате жилого помещения и коммунальных услуг, по платежам в возмещение вреда, взысканным по решению суда с наследодателя и др.), подсудны районным судам.

Согласно статье 28 ГПК РФ иски с требованиями, возникшими из наследственных правоотношений, подаются в суд по месту жительства ответчика-гражданина или по месту нахождения ответчика-организации.

При возникновении спора о правах на наследственное имущество, в состав которого входят несколько объектов недвижимости, находящихся на территории юрисдикции различных районных судов, а также о разделе такого имущества иск в отношении всех этих объектов может быть предъявлен по месту нахождения одного из них по месту открытия наследства. В случае, если по месту открытия наследства объекты недвижимости не находятся, иск подается по месту нахождения любого из них.

В указанных случаях обращение с иском исключает обращение в другие суды (исковое заявление, предъявленное в другой суд, подлежит возвращению на основании пункта 5 части 1 статьи 135 ГПК РФ).

Требования о признании недействительным завещания, в котором содержатся распоряжения относительно объектов недвижимости, предъявляются с соблюдением общих правил подсудности гражданских дел. Если при оспаривании завещания истцом заявлены также требования о признании права собственности на наследственное недвижимое имущество, иск подлежит рассмотрению по месту нахождения объектов недвижимости.

3. Государственная пошлина.

В соответствии с пунктом 3 часть 1 статьи 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации (далее - НК РФ) при подаче искового заявления имущественного характера, не подлежащего оценке, а также искового заявления неимущественного характера государственная пошлина для физических лиц составляет 3000  рублей.

Государственная пошлина при подаче искового заявления о признании недействительным свидетельства о праве на наследство и о восстановлении срока для принятия наследства зависит от цены иска (подпункт 1 пункт 1 статья 333.19 НК РФ).

При рассмотрении исковых требований по спорам о правах на наследуемое имущество размер государственной пошлины зависит от его стоимости, о разделе наследуемого имущества - от стоимости причитающейся наследнику доли.

Согласно подпункту 6 пункта 1 статьи 333.25 НК РФ оценка стоимости наследственного имущества производится исходя из стоимости наследуемого имущества на день открытия наследства.

Стоимость транспортных средств может определяться оценщиками, юридическими лицами, которые вправе заключить договор на проведение оценки согласно законодательству Российской Федерации об оценочной деятельности, или судебно-экспертными учреждениями органа юстиции (подпункт 7 пункт 1 статья 333.25 НК РФ).

Стоимость недвижимого имущества, за исключением земельных участков, может определяться оценщиками, юридическими лицами, которые вправе заключить договор на проведение оценки согласно законодательству Российской Федерации об оценочной деятельности, или организациями (органами) по учету объектов недвижимого имущества по месту его нахождения (подпункт 8 пункт 1 статья 333.25 НК РФ).

Стоимость земельных участков может определяться оценщиками, юридическими лицами, которые вправе заключить договор на проведение оценки согласно законодательству Российской Федерации об оценочной деятельности, или органами, осуществляющими государственный кадастровый учет и государственную регистрацию прав на недвижимое имущество (подпункт 9 пункт 1 статья 333.25 НК РФ).

Стоимость имущества, не предусмотренного подпунктами 7 - 9 настоящего пункта, определяется оценщиками или юридическими лицами, которые вправе заключить договор на проведение оценки согласно законодательству Российской Федерации об оценочной деятельности (подпункт 10 пункт 1 статья 333.25 НК РФ).

Оценка переходящих по наследству имущественных прав производится из стоимости имущества, на которое переходят имущественные права, на день открытия наследства (подпункт 12 пункт 1 статья 333.25 НК РФ)

В соответствии с подпунктом 11 частью 1 статьи 333.20 НК РФ при подаче исковых заявлений об истребовании наследниками принадлежащей им доли имущества государственная пошлина уплачивается в том порядке, который установлен при подаче исковых заявлений имущественного характера, не подлежащих оценке, если спор о признании права собственности на это имущество судом ранее был разрешен.

Анализ дел показал, что при разрешении вопроса о принятии искового заявления к производству, суды правильно применяют нормы Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и Налогового кодекса Российской Федерации, регулирующие вопросы определения цены иска и размера государственной пошлины.

 

3.1. Круг лиц, участвующих в делах о наследовании. 

 

В соответствии с абзацем 4 статьи 148 ГПК РФ разрешение вопроса о составе лиц, участвующих в деле, и других участников процесса является одной из задач подготовки дела к судебному разбирательству.

При рассмотрении споров по делам, возникающим из наследственных правоотношений, исходя из требований статей 148 и 150 ГПК РФ судам следует выяснять, кем из наследников в установленном статьями 1152 - 1154 ГК РФ порядке принято наследство, и привлекать их к участию в деле соответчиками на основании абзаца 2 части 3 статьи 40 ГПК РФ и части 2 статьи 56 ГПК РФ.

По делам об установлении в соответствии со статьей 264 ГПК РФ юридических фактов, связанных с наследственными правоотношениями (факта нахождения на иждивении, факта принятия наследства, места открытия наследства, факта родственных отношений и др.), привлечение к участию в деле всех наследников в качестве заинтересованных лиц является обязательным (статья 292 ГПК РФ).

Круг заинтересованных лиц подлежит установлению судом путем истребования от компетентного нотариуса (по месту открытия наследства) сведений о наследниках, о выданных свидетельствах о праве на наследство.

Заинтересованными лицами по заявлениям об установлении юридических фактов, связанных с наследственными правоотношениями, могут быть не только лица из числа наследников, но и фактически владеющие и пользующиеся наследуемым имуществом, непривлечение которых к участию в деле и принятие решения судом о правах и обязанностях таких лиц является безусловным основанием для отмены решения суда первой инстанции в апелляционном порядке (подпункт 4 часть 4 статья 330 ГПК РФ).

В случае установления спора о праве, подведомственного суду, суд в соответствии с частью 3 статьи 263 ГПК РФ выносит определение об оставлении заявления без рассмотрения с разъяснением заявителю права разрешить спор в порядке искового производства.

Так, заявитель С. обратился в суд с заявлением об установлении факта принятия  наследства, указав, что 19 сентября 1998 года умерла его мать С.А.И.. Наследниками имущества умершей по закону являются он и его сестра Б., которая приняла наследство в порядке универсального правопреемства. Б. умерла 05 января 2018 года. Завещание Б. не составлялось, в права наследования никто не вступал. С. является наследником второй очереди, других наследников не имеется. При этом заявитель фактически владеет наследственным имуществом (земельным участком и жилым домом) и принимает меры по его сохранению, в связи с чем просил суд установить факт принятия им наследства, открывшегося после смерти Б., умершей 05 января 2018 года.

Решением Ленинского районного суда города Оренбурга от 19 сентября 2023 года заявление С. удовлетворено.   Суд установил факт принятия С. наследства, открывшегося после смерти сестры Б., умершей 05 января 2018 года, ссылаясь на то, что С. принял меры по сохранению наследственного имущества и несет бремя его содержания.

Не согласившись с данным решением, заинтересованное лицо Т. подала апелляционную жалобу, в которой, указывает, что она и её брат Б.А.Г. являются наследниками первой очереди имущества, открывшегося после смерти их матери Б.  и от наследства не отказывались. При этом, жилой дом был подарен ей (Т.) матерью при жизни, в 2018 году, и не входит в состав наследства. Она со своей семьей проживает в указанном доме. Считает, что в данном случае имеет место притязание С. на спорное имущество, в связи с чем имеется  спор  о праве, который подлежит разрешению в порядке искового производства.   

В силу части 1 статьи 264 ГПК РФ, суд устанавливает факты, от которых зависит возникновение, изменение, прекращение личных или имущественных прав граждан, организаций.

В силу части 3 статьи 263 ГПК РФ, в случае, если при подаче заявления или рассмотрении дела в порядке особого производства устанавливается наличие спора о праве, подведомственного суду, суд выносит определение об оставлении заявления без рассмотрения, в котором разъясняет заявителю и другим заинтересованным лицам их право разрешить спор в порядке искового производства.

С учетом изложенного, принимая во внимание, что наследник второй очереди С. обратился в суд с заявлением об установлении факта принятия им наследства, открывшегося после смерти сестры Б.,   однако наследник первой очереди, дочь умершей, заинтересованное лицо по делу Т. по существу оспаривает права С. на наследственное имущество, открывшееся после смерти своей матери Б., судебная коллегия пришла к выводу об отмене решения суда первой инстанции по основанию, установленному частью 4 статьи 330 ГПК РФ и об оставлении заявления С. об  установлении факта принятия им наследства  без рассмотрения ввиду наличия спора о праве.

(Апелляционное определение Оренбургского областного суда от 15 октября 2024 года по гражданскому делу № 33-1877/2024).

 

4. Состав наследства.  Личные неимущественные права не входят в состав наследства.

В соответствии со статьей 1112 ГК РФ в состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности.

В состав наследства входит принадлежавшее наследодателю на день открытия наследства имущество, в частности:

вещи, включая наличные деньги и документарные ценные бумаги;

имущественные права, в том числе права, вытекающие из договоров, заключенных наследодателем (например, из опциона на заключение договора), если иное не предусмотрено законом или договором; исключительные права на результаты интеллектуальной деятельности или на средства индивидуализации; права на получение присужденных или назначенных к выплате наследодателю, но не полученных им денежных сумм (в том числе компенсации за самостоятельно приобретенные технические средства реабилитации);

имущественные обязанности, в том числе долги в пределах стоимости перешедшего к наследникам наследственного имущества (например, долги, возникшие в результате привлечения наследодателя к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным законодательством о несостоятельности (банкротстве), задолженность наследодателя по алиментам и по уплате неустойки, исчисленной на день его смерти).

По наследству переходят не только уже существующие права и обязанности, но в случаях, предусмотренных законом, также права, которые наследодатель при жизни не успел юридически оформить, но предпринял необходимые меры для их получения.

Как разъяснено в пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 года № 9 «О судебной практике по делам о наследовании», имущественные права и обязанности не входят в состав наследства, если они неразрывно связаны с личностью наследодателя, а также, если их переход в порядке наследования не допускается Гражданским кодексом Российской Федерации или другими федеральными законами (статья 418, часть 2 статься 1112 ГК РФ).

В частности, в состав наследства не входят: право на алименты и алиментные обязательства (раздел V Семейного кодекса Российской Федерации, далее - СК РФ), право на возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина (статья 1085 ГК РФ), права и обязанности, возникшие из договоров безвозмездного пользования (статья 701 ГК РФ), поручения (пункт 1 статьи 977 ГК РФ), комиссии (часть 1 статьи 1002 ГК РФ), агентского договора (статья 1010 ГК РФ).

Так, не входят в состав наследства:

права и обязанности, неразрывно связанные с личностью наследодателя (в том числе право на алименты, алиментные обязательства, право на возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина);

права и обязанности, переход которых в порядке наследования не допускается законодательством (например, права и обязанности, возникшие из договоров безвозмездного пользования, поручения, комиссии, агентского договора);

личные неимущественные права и другие нематериальные блага (в частности, право авторства);

государственные награды РФ, которых был удостоен наследодатель и на которые распространяется законодательство о государственных наградах. Такие государственные награды и документы к ним по общему правилу передаются на хранение членам семьи и иным близким родственникам наследодателя.

Правильное определение состава наследства влияет на решение вопросов о праве на обязательную долю в наследстве, установлении факта принятия наследства, его разделе, ответственности наследников по долгам наследодателя.

Вместе с тем, встречаются ошибки при рассмотрении указанных требований.

В соответствии со  статьей 1150 ГК РФ принадлежащее пережившему супругу наследодателя в силу завещания или закона право наследования не умаляет его права на часть имущества, нажитого во время брака с наследодателем и являющегося их совместной собственностью. Доля умершего супруга в этом имуществе, определяемая в соответствии со статьей 256 настоящего Кодекса, входит в состав наследства и переходит к наследникам в соответствии с правилами, установленными настоящим Кодексом.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 33 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 года № 9 «О судебной практике по делам о наследовании», в состав наследства, открывшегося со смертью наследодателя, состоявшего в браке, включается его имущество, а также его доля в имуществе супругов, нажитом ими во время брака, независимо от того, на имя кого из супругов оно приобретено либо на имя кого или кем из супругов внесены денежные средства, если брачным договором не установлено иное.

Истец С. обратилась в суд с иском о включении имущества в наследственную массу к ответчику  С.О.Н.,  указав, 24 июня 2024 года умер отец истца С.А.А., нотариусом заведено наследственное дело. Наследниками первой очереди имущества умершего являются истец С. (дочь) и ответчик С.О.Н. (супруга), а также наследником по праву представления является третье лицо по делу К.В.М. (внук умершего). В период брака  С.А.А. и С.О.Н. совместно нажито имущество, которое оформлено на имя ответчика и в  соответствии с положениями ст. ст. 34, 39 СК РФ, является их совместной собственностью с определением их долей равными, независимо от того, на кого из супругов оно оформлено:  легковой автомобиль  ВАЗ 2121 Нива, прицеп к легковому автомобилю, а также совместно нажитые денежные средства на счетах в ПАО Сбербанк, АО «Банк Оренбург».

В связи с этим, полагая, что  ½ доля указанного имущества подлежит включению в наследственную массу умершего С.А.А. , однако, ответчиком С.О.Н. не заявлено о включении его в состав наследства,  истец С. просила суд включить в наследственную массу С.А.А., умершего 24 июня 2024 года, ½ долю автомобиля ВАЗ 2121 Нива, ½ долю прицепа к легковому автомобилю  и ½ долю денежных средств, находящихся на банковских счетах, открытых на имя С.О.Н..

Решением Новотроицкого городского суда Оренбургской области от 04 декабря 2024 года в удовлетворении исковых требований С. отказано, со ссылкой на то, что состав  наследственного имущества  установлен нотариусом и оно включено в наследственную массу.

Не согласившись с данным решением, истец С. подала апелляционную жалобу, в которой  просила решение суда отменить.

Впоследствии, после принятия данного дела  к производству  судом апелляционной инстанции,   истец С. отказалась от своих исковых требований к ответчику о включении  в состав наследства ½ доли автомобиля ВАЗ 2121 Нива и  ½ доли прицепа к легковому автомобилю, ссылаясь на разрешение спора между сторонами в данной части во внесудебном порядке, в связи с чем суд апелляционной инстанции  в соответствии со ст. 326.1 ГПК РФ отменил принятое решение суда в части отказа в удовлетворения указанных требований и производство по делу в данной части иска прекратил.

Проверяя законность обжалуемого решения суда в остальной части, судебная коллегия по гражданским делам Оренбургского областного суда (далее по тексту – судебная коллегия), не согласилась  с выводами суда первой инстанции  о наличии оснований для отказа в удовлетворении требований С. о включении 1/2 доли денежных средств, находящихся на счетах С.О.Н., в состав наследства, открывшегося после смерти  С.А.А., умершего 24 июня 2024 года, исходя из следующего.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 8 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 мая 2012 года № 9 «О судебной практике по делам о наследовании» при отсутствии надлежаще оформленных документов, подтверждающих право собственности наследодателя на имущество, судами до истечения срока принятия наследства (статья 1154 ГК РФ) рассматриваются требования наследников о включении этого имущества в состав наследства, а если в указанный срок решение не было вынесено, - также требования о признании права собственности в порядке наследования. В случае, если требование о признании права собственности в порядке наследования заявлено наследником в течение срока принятия наследства, суд приостанавливает производство по делу до истечения указанного срока.

Судом апелляционной инстанции установлено, что на счетах супруги умершего на момент его смерти имелись денежные средства, часть из которых является компенсацией морального вреда и неразрывно связана с личностью С.О.Н. и не может быть включена в состав совместно нажитого имущества, а другая  часть в размере 79 862,15 рублей является  совместно нажитым имуществом супругов С.О.Н. и С.А.А., умершего 24 июня 2024 года,  в связи с чем  ½ доля указанных средств, в сумме 39 931 рублей, подлежит включению в наследственную массу.

Учитывая изложенное, суд апелляционной инстанции отменил решение суда в части отказа в удовлетворения требований С. о включении в наследственную массу С.А.А., умершего 24 июня 2024 года, ½ доли денежных средств, находящихся на счетах супруги умершего С.О.Н., и принял в указанной части новое решение об удовлетворении данных требований и включении в наследственную массу С.А.А., умершего 24 июня 2024 года,  денежных средств, находящихся на счете, открытом на имя супруги умершего С.О.Н.  в размере ½ доли по состоянию на 24 июня 2024 года, в сумме 39 931 рублей.

(Апелляционное определение Оренбургского областного суда от 27 марта 2025 года по гражданскому делу № 33-1577/2025).

 

По другому делу Отделение Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Оренбургской области (далее - ОСФР России по Оренбургской области) обратилось в суд с иском о взыскании излишне перечисленных страховых выплат, указав в обоснование, что  ОСФР России по Оренбургской области в соответствии с Федеральным законом от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний»,  Г.А.И., в связи с повреждением здоровья вследствие производственной травмы были назначены и производились ежемесячные страховые выплаты, которые на основании заявления от 05 апреля 2010 года  перечислялись на его лицевой счет, открытый  в ПАО Сбербанк.  С учетом ежегодных индексаций размер указанных ежемесячных страховых выплат в период с 1 февраля 2023 года  составил 28 506,38 рублей. Однако, в связи с несвоевременным поступлением истцу сведений из отдела ЗАГС администрации МО г. Медногорск о смерти Г.А.И., умершего 31 декабря 2023 года, произведено излишнее перечисление ежемесячных страховых выплат за январь 2024 года в сумме 28 506,38 рублей. 17 января 2024 года истец направил в Отделение ПАО Сбербанк письмо с просьбой о возврате излишне перечисленных сумм страховых выплат со счета Г.А.И., однако, ПАО Сбербанк ответило отказом.

С учетом изложенного, истец ОСФР России по Оренбургской области просил суд взыскать в свою пользу ошибочно перечисленные ежемесячные страховые выплаты в сумме 28 506,38 рублей.

Определением суда от 11 марта 2025 года произведена замена ненадлежащего ответчика ПАО Сбербанк на надлежащего Г.Е.А., а ПАО Сбербанк привлечено к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора.

Решением Медногорского городского суда Оренбургской области от 13 мая 2025 года в удовлетворении исковых требований ОСФР по Оренбургской области к Г.Е.А. отказано.

В поданной  апелляционной жалобе истец ОСФР по Оренбургской области просил решение суда отменить и вынести новое решение об удовлетворении исковых требований в полном объеме.

Разрешая исковые требования ОСФР по Оренбургской области, суд первой инстанции, оценив доказательства по делу, руководствуясь пунктом 3 статьи 1109 ГК РФ, учитывая, что ежемесячные страховые выплаты, предоставленные гражданину в качестве средств к существованию, не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения, ответчик Г. Е.А. надлежащим образом своевременно уведомила истца о смерти Г.А.И., ежемесячную страховую выплату Г. Е.А. получила лично и израсходовала, пришел к выводу об отсутствии недобросовестности со стороны Г.Е.А. при получении ежемесячной страховой выплаты, а также отсутствия в материалах дела каких-либо данных о наличии счетной ошибки, в связи с чем отказал в удовлетворении требований истца.

Судебная коллегия  отменила решение суда и приняла по делу новое решение об удовлетворении исковых требований и  исходила при этом из следующего.  

Из материалов дела следовало, что Г.А.И. в связи 40% утратой профессиональной трудоспособности в период работы были назначены и производились ежемесячные страховые выплаты.  

31 декабря 2023 года Г.А.И.  умер.

17 января 2024 года истец  направил в ПАО Сбербанк письмо с просьбой о возврате излишне перечисленных сумм страховых выплат со счета Г.А.И., однако, банк ответил отказом.

Согласно материалам наследственного дела, открытого после смерти Г.А.И., наследство приняла  супруга умершего Г. Е.А., которой нотариусом выдано свидетельство о праве на наследство по закону, в том числе на денежные средства с причитающимися процентами по счетам в ПАО Сбербанк. При этом ответчик Г. ссылалась на то, что уведомила ОСФР по Оренбургской области о смерти супруга 9 января 2024 года.

В силу подпунктов 1 и 3 статьи 10 Федерального закона от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» единовременные страховые выплаты и ежемесячные страховые выплаты назначаются и выплачиваются застрахованному, если по заключению учреждения медико-социальной экспертизы результатом наступления страхового случая стала утрата им профессиональной трудоспособности. Ежемесячные страховые выплаты выплачиваются застрахованным в течение всего периода стойкой утраты им профессиональной трудоспособности. 

Согласно пункту 7 статьи 15 Федерального закона от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" ежемесячные страховые выплаты производятся страховщиком не позднее истечения месяца, за который они начислены.

Как следует из положений статьи 17 ГК РФ способность иметь гражданские права и нести обязанности (гражданская правоспособность) признается в равной мере за всеми гражданами. Правоспособность гражданина возникает в момент его рождения и прекращается смертью.

В силу статьи 383 ГК РФ переход к другому лицу прав, неразрывно связанных с личностью кредитора, в частности требований об алиментах и о возмещении вреда, причиненного жизни или здоровью, не допускается.

Пунктом 2 статьи 418 ГК РФ установлено, что обязательство прекращается смертью кредитора, если исполнение предназначено лично для кредитора либо обязательство иным образом неразрывно связано с личностью кредитора.

Согласно положениям статьи 1112 ГК РФ в состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности (пункт 1).

Не входят в состав наследства права и обязанности, неразрывно связанные с личностью наследодателя, в частности право на алименты, право на возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина, а также права и обязанности, переход которых в порядке наследования не допускается настоящим Кодексом или другими законами (пункт 2).

Как разъяснено в пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 года № 9 "О судебной практике по делам о наследовании", имущественные права и обязанности не входят в состав наследства, если они неразрывно связаны с личностью наследодателя, а также, если их переход в порядке наследования не допускается Гражданским кодексом или другими федеральными законами (статья 418, часть 2 статьи 1112 ГК РФ).

 Из изложенных положений следует, что в состав наследственного имущества входят вещи и иное имущество, принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства (то есть на день смерти гражданина). При этом в состав наследства не входят личные неимущественные права и другие нематериальные блага. Таким образом, для признания того или иного имущества подлежащим наследованию необходимо определить, что данное имущество принадлежало наследодателю на день смерти и не было связано с его личными неимущественными правами.

Из материалов дела следует, что являющиеся предметом настоящего спора денежные средства в размере 28 506,38 рублей были перечислены на счет Г. А.И. в качестве ежемесячной страховой выплаты за январь 2024 года после его смерти, наступившей 31 декабря 2023 года, то есть данные выплаты Г.А.И. ко дню открытия наследства не принадлежали. Следовательно, они не могли войти в состав наследства, открывшегося после его смерти.

В соответствии с пунктом 2 статьи 20 Федерального закона от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" средства на осуществление обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве являются федеральной собственностью.

В силу пункта 1 статьи 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 настоящего Кодекса.

В силу пункта 3 статьи 1103 ГК РФ, поскольку иное не установлено настоящим Кодексом, другими законами или иными правовыми актами и не вытекает из существа соответствующих отношений, правила, предусмотренные настоящей главой, подлежат применению также к требованиям одной стороны в обязательстве к другой о возврате исполненного в связи с этим обязательством.

С учетом изложенного обязательства по ежемесячным страховым выплатам, производившимся при жизни Г.А.И., прекращены смертью лица, получающего такое обеспечение, в связи с чем на денежные суммы, поступившие на лицевой счет, открытый на имя наследодателя, после его смерти распространяются положения статьи 1102 ГК РФ  о неосновательном обогащении лица, получившего возможность распоряжаться указанными денежными средствами, то есть в данном случае наследника, принявшего наследство Г.Е.А. и  распорядившейся перечисленным   ОСФР по Оренбургской области страховой выплатой за январь 2024 года в сумме  28 506,38 рублей.

При этом, ежемесячные страховые выплаты,  назначенные Г.А.И., не являются заработной платой, суммой в возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, предоставленных гражданину в качестве средства к существованию, в связи с чем, вопреки выводам суда первой инстанции,  вышеприведенные положения пункта 3 статьи 1109 ГК РФ при указанных обстоятельствах применению не подлежат.

Также при установленных обстоятельствах не подлежат применению и положения пункта 4 статьи 1109 ГК РФ.

В связи с этим, учитывая, что обязательства по ежемесячным страховым выплатам, производившимся при жизни Г.А.И. прекращены смертью лица, получающего такое обеспечение, то денежные суммы, поступившие на лицевой счет, открытый на имя наследодателя, после его смерти, являются излишне выплаченной суммой и подлежат возврату как неосновательное обогащение.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции отменил решение суда первой инстанции ввиду неправильного применения судом норм материального закона и принял по делу новое  решение, которым  исковые требования ОСФР по Оренбургской области к Г.Е.А. о взыскании излишне перечисленных страховых выплат удовлетворил и взыскал с Г.Е.А. в пользу ОСФР по Оренбургской области денежную сумму в размере 28 506,38 рублей.

  (Апелляционное определение Оренбургского областного суда от 02 сентября 2025 года по гражданскому делу № 33-4963/2025).

 

4.1. Применение срока исковой давности. 

 

По общему правилу, к требованиям, вытекающим из наследственных правоотношений, применяется общий срок исковой давности в три года (статья 196 ГК РФ).

В силу пункта 1 статьи 200 ГК РФ течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

В наследственных спорах начало течения срока исковой давности не всегда совпадает с датой открытия наследства (днем смерти наследодателя). Оно привязывается к моменту, когда наследник узнал или должен был узнать о нарушении своего субъективного права (например, об оформлении наследства на другого сособственника, об открытии завещания и так далее).

Исковая давность применяется судом исключительно по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения (пункт 2 статьи 199 ГК РФ). Пропуск срока, о применении которого заявлено ответчиком, является самостоятельным и достаточным основанием для отказа в удовлетворении иска.

Если наследник совершил действия, свидетельствующие о фактическом принятии наследства (вступил во владение, оплачивал коммунальные услуги, произвел ремонт - пункт 2 статьи 1153 ГК РФ), но не оформил свои права у нотариуса, в суде часто возникает спор с другими наследниками.

В силу пункта 4 статьи 1152 ГК РФ принятое наследство признается принадлежащим наследнику со дня открытия наследства независимо от времени его фактического принятия, а также независимо от момента государственной регистрации права.

Если наследник фактически принял наследство (например, проживает в спорной квартире) и его право никто не оспаривал, срок исковой давности на обращение в суд с иском о признании права собственности за ним не течет, так как он уже является законным собственником с момента смерти наследодателя.

Если же другой наследник получил свидетельство о праве на все наследство, лишив «фактического» наследника его доли, срок исковой давности для оспаривания такого свидетельства составляет 3 года и начинает течь с момента, когда фактический наследник узнал или должен был узнать об оформлении его имущества на третьих лиц (но не автоматически с даты выдачи свидетельства нотариусом).

При этом срок для принятия наследства, установленный статьей 1154 ГК РФ (6 месяцев со дня открытия наследства), не является сроком исковой давности. Это материально-правовой пресекательный срок для осуществления права.

Суд может восстановить этот срок, если наследник не знал и не должен был знать об открытии наследства или пропустил его по другим уважительным причинам (тяжелая болезнь, беспомощное состояние).

Наследник, пропустивший срок  для принятия наследства, обязан обратиться в суд с иском о его восстановлении в течение 6 месяцев после того, как отпали причины пропуска этого срока.  Указанный 6-месячный срок является пресекательным и восстановлению не подлежит. Если наследник излечился от болезни или узнал о смерти наследодателя, но подал иск в суд только спустя 7 месяцев — суд отказывает в иске без исследования уважительности первоначальных причин пропуска.

К наследственному имуществу, находящемуся в общей долевой собственности двух или более наследников, применяются правила ГК РФ об общей долевой собственности (включая право требования раздела — статьи 252 ГК РФ).

На требования сособственника о разделе имущества, находящегося в общей долевой собственности, или о выделе из него доли исковая давность не распространяется в силу статьи 208 ГК РФ (как на требования собственника об устранении всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения (статья 304 ГК РФ).

Однако если один из наследников полностью завладел неделимой вещью (например, автомобилем) и отказывается допускать к ней других сособственников, иск об истребовании имущества из чужого незаконного владения (виндикационный иск, статья 301 ГК РФ) подлежит подаче в пределах общего 3-летнего срока исковой давности, исчисляемого со дня начала чинения препятствий в пользовании вещью.

Так, суд  ошибочно оставил без внимания заявление ответчика о пропуске срока исковой давности.

Истцы Г.А.А. и М.А.А. обратились в суд с иском об установлении факта принятия наследства, признании незаконным и отмене свидетельства о праве на наследство, исключении из Единого государственного реестра прав на недвижимое имущество и сделок с ним записи о регистрации права собственности, указав, что они являются дочерями Ш.А.А. и Ш.А.Ш.. 14 января 1998 года умерла мать истцов Ш.А.А., 16 декабря 2001 года умер их отец Ш.А.Ш..

После смерти отца наследники по закону – дети: Г.А.А., М.А.А., Г.Р.А. и Ш.Х.А. с заявлением о вступлении в наследство к нотариусу не обратились, т.к. не было в этом необходимости, и они не хотели нести определенные материальные затраты, в связи с чем, приняли наследственное имущество путем фактического владения. Наследниками не оспаривалось, что все дети Ш.А.Ш. имеют равные доли в родительском доме.

Поскольку  брат истцов  Ш.Х.А. остался проживать в родительском доме, то на продаже своих долей они не настаивали. Ш.Х.А. не препятствовал в пользовании наследственным домом и земельным участком.

После смерти брата Ш.Х.А., умершего 2 октября 2022 года, истцы обратились к нотариусу с заявлением о принятии после смерти отца Ш.А.Ш. наследства в виде жилого дома и земельного участка.

Нотариус сообщила, что при жизни Ш.Х.А. на основании решения Тоцкого районного суда Оренбургской области от 7 октября 2009 года, которым удовлетворено его заявление об установлении факта принятия наследства после смерти Ш.А.Ш., умершего 16 декабря 2001 года, вступил в права единоличного наследования жилого дома и земельного участка. В связи с чем, нотариус выдала свидетельство о праве на наследство по закону без учета долей истцов.

В связи с этим истцы, ссылались на то, что при  оформлении наследства в единоличную собственности Ш.Х.А. были нарушены права истцов.

Апелляционным определением от 11 апреля 2024 года решение Тоцкого районного суда Оренбургской области от 7 октября 2009 года отменено, по делу принято новое решение, которым заявление Ш.Х.А. об установлении факта принятия наследства оставлено без рассмотрения в связи с наличием спора о праве.

Поскольку решение Тоцкого районного суда Оренбургской области от 7 октября 2009 года отменено, постольку, свидетельство о праве на наследство по закону на имущество наследодателя Ш.А.Ш. выданное Ш.Х.А. на жилой дом и земельный участок, подлежит отмене, сведения содержащиеся в Едином государственном реестре прав недвижимости исключению.

С учетом изложенного и уточнения исковых требований, истцы Г.А.А. и М.А.А. просили суд: установить факт принятия Г.А.А. и М.А.А. наследства открывшегося после смерти отца Ш.А.Ш..  умершего 16 декабря 2001 года, признать незаконным и отменить свидетельство о праве на наследство по закону, выданное нотариусом  их брату Ш. на жилой дом и земельный участок и исключить из Единого государственного реестра прав на недвижимое имущество и сделок с ним записи  регистрации о признании за Ш. права единоличной собственности на жилой дом.

Решением Тоцкого районного суда Оренбургской области от 17 декабря 2024 года исковые требования Г.А.А., М.А.А. удовлетворены частично. Суд установил факт принятия истцами наследства, определил доли наследников по закону после смерти  Ш.А.Ш.  – Ш.Х.А., Г.А.А., М.А.А. в жилом доме и земельном участке в размере по 1/3 каждого, признал частично недействительным свидетельство о праве на наследство по закону в отношении земельного участка, и жилого дома в части, превышающей 1/3 долю и исключил из ЕГРН сведения о государственной регистрации права собственности на указанные жилой дом и земельный участок.

В апелляционной жалобе ответчик Ш.О.Г. (супруга Ш.Х.А.), действующая в своих интересах и в интересах несовершеннолетней Ш.К.Х. (дочь Ш.Х.А.),  просил отменить указанное решение суда, ссылаясь на его незаконность и принять по делу новое решение, которым в удовлетворении исковых требований отказать в полном объеме, а также применить срок исковой давности.

При рассмотрении данного дела  суд первой инстанции отклонил заявление ответчика Ш.О.Г. о пропуске истцами срока исковой давности,  ссылаясь на то, что с учетом положений статьи 208 ГК РФ и доказанности факта принятия истцами наследства после смерти их отца, к рассматриваемым правоотношениям не подлежит применению срок исковой давности.

Судебная коллегия не согласилась с данными выводами суда.

Согласно пункту 1 статьи 209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственнику принадлежит право владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

В силу статьи 304 ГК РФ собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения.

Согласно пункту 1 статьи 196 и пункту 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации общий срок исковой давности составляет три года со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Исковая давность не распространяется на требования, предусмотренные статьей 208 Гражданского кодекса Российской Федерации, в том числе требования собственника или иного владельца об устранении всяких нарушений его права, если эти нарушения не были соединены с лишением владения.

Из разъяснений постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 22 от 29 апреля 2010 года «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» следует, что течение срока исковой давности по искам, направленным на оспаривание зарегистрированного права, начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о соответствующей записи в ЕГРП. При этом сама по себе запись в ЕГРП о праве или обременении недвижимого имущества не означает, что со дня ее внесения в ЕГРП лицо знало или должно было знать о нарушении права.

Поскольку законом не установлено иное, к искам, направленным на оспаривание зарегистрированного права, применяется общий срок исковой давности, предусмотренный статьей 196 ГК РФ.

Исходя из совокупности имеющихся в деле доказательств и сведений, судебная коллегия пришла к выводу о том, что истцы Г.А.А., М.А.А. знали и не могли не знать о том, что право собственности на спорные жилой дом и земельный участок зарегистрировано в Едином государственном реестре недвижимости 7 июня 2013 года за их братом Ш.Х.А., поскольку сведения о регистрации прав на 2013 год являлись общедоступными, с даты смерти отца истцов  Ш.А.Ш. (16 декабря 2001 года)  к  моменту их обращения в суд с иском по данному делу – 27 мая 2024 года прошло более 23 лет, в течение которых истцы Г.А.А., М.А.А. не оформили наследственные права, а заявили о них лишь после смерти брата Ш.Х.А. в октябре 2022 года.

С учетом изложенного, трехлетний срок исковой давности в рассматриваемых правоотношениях подлежит исчислению с 7 июня 2013 года, и к моменту обращения в суд с иском 27 мая 2024 года, этот срок истек (прошло более 10 лет), что является самостоятельным основанием к отказу в иске.

При таких обстоятельствах судебная коллегия отменила решение суда и приняла по делу новое решение об отказе в удовлетворении исковых требований.

(Апелляционное определение Оренбургского областного суда от 22 апреля 2025 года по гражданскому делу № 33-2296/2025).

 

5. Принятие наследства.   

 

Гражданским кодексом Российской Федерации предусмотрены два способа принятия наследства: подача заявления о принятии наследства или о выдаче свидетельства о праве на наследство (пункт 1 статья 1153) либо совершение действий, свидетельствующих о фактическом принятии наследства (пункт 2 статья 1153).

Под совершением наследником действий, свидетельствующих о фактическом принятии наследства, следует понимать совершение предусмотренных пунктом 2 статьи 1153 ГК РФ действий, а также иных действий по управлению, распоряжению и пользованию наследственным имуществом, поддержанию его в надлежащем состоянии, в которых проявляется отношение наследника к наследству как к собственному имуществу.

В качестве таких действий, в частности, могут выступать: вселение наследника в принадлежавшее наследодателю жилое помещение или проживание в нем на день открытия наследства (в том числе без регистрации наследника по месту жительства или по месту пребывания), обработка наследником земельного участка, подача в суд заявления о защите своих наследственных прав, обращение с требованием о проведении описи имущества наследодателя, осуществление оплаты коммунальных услуг, страховых платежей, возмещение за счет наследственного имущества расходов, предусмотренных статьей 1174 ГК РФ, иные действия по владению, пользованию и распоряжению наследственным имуществом. При этом такие действия могут быть совершены как самим наследником, так и по его поручению другими лицами. Указанные действия должны быть совершены в течение срока принятия наследства, установленного статьей 1154 ГК РФ.

В целях подтверждения фактического принятия наследства (пункт 2 статьи 1153 ГК РФ) наследником могут быть представлены, в частности, справка о проживании совместно с наследодателем, квитанция об уплате налога, о внесении платы за жилое помещение и коммунальные услуги, сберегательная книжка на имя наследодателя, паспорт транспортного средства, принадлежавшего наследодателю, договор подряда на проведение ремонтных работ и т.п. документы.

При отсутствии у наследника возможности представить документы, содержащие сведения об обстоятельствах, на которые он ссылается как на обоснование своих требований, судом может быть установлен факт принятия наследства, а при наличии спора соответствующие требования рассматриваются в порядке искового производства.

Решением Новотроицкого городского суда Оренбургской области от 12 января 2023 года исковые требования ООО УК «М» к ответчику Б. о взыскании задолженности по оплате за жилое помещение и содержание мест общего пользования по управлению многоквартирным домом удовлетворены частично.

Разрешая спор суд  исходил из того, что Б.  фактически принял наследство после смерти отца Б.П.П. фактом своей регистрации в  квартире, принадлежащей наследодателю,  в связи с чем, руководствуясь статьей 1175 ГК РФ, суд взыскал с данного ответчика в пользу истца задолженность по оплате   содержания квартиры за период с 1 ноября 2020 года по 31 августа 2022 года в сумме 11 157,92 рублей.

Отменяя решение суда,  судебная коллегия исходила из того, что после смерти Б., умершего 7 декабря 2020 года, наследников, принявших наследство, не имеется, имущество, принадлежащее наследодателю Б.П.П.  на момент  смерти в виде квартиры, считается выморочным имуществом и в силу закона переходит  в собственность МО г. Новотроицк Оренбургской области, на территории которого оно расположено.

Учитывая изложенное, суд апелляционной инстанции принял по делу новое решение об удовлетворении   исковых требований к администрации МО г. Новотроицк Оренбургской области и взыскании с данного ответчика  в пользу ООО УК «М» вышеуказанной задолженности по оплате содержания жилого помещения.  

Вывод суда первой инстанции о принятии Б. наследства в силу его регистрации в квартире отца признан неверным.

В соответствии с  пунктом 2 статьи 1153 ГК РФ признается, пока не доказано иное, что наследник принял наследство, если он совершил действия, свидетельствующие о фактическом принятии наследства, в частности, если наследник вступил во владение или в управление наследственным имуществом.

Из приведенной нормы следует, что одним из действий, признаваемых законом в качестве фактического принятия наследства, является  вступление во владение  наследственным имуществом.

Однако, как установлено судом апелляционной инстанции, после расторжения брака родителей Б. постоянно жил с матерью по другому адресу, с отцом общался, но не жил с ним, после смерти наследодателя с заявлением о принятии наследства не обращался, наследственное дело не заведено, в квартире на момент смерти наследодателя  Б.П.П. (07 декабря 2020 года) и течение 6 месяцев со дня открытия наследства не проживал, иных доказательств принятия  им  наследства не имеется, квартира после смерти наследодателя осталась закрытой.

Кроме того, ответчик Б. снялся  с регистрационного учета по указанному 21 декабря 2020 года, то есть через несколько дней  после смерти отца, что также свидетельствует о его нежелании  принимать наследство.

При таких обстоятельствах, как указал суд апелляционной инстанции, факт регистрации в квартире наследодателя  ответчика Б. не может свидетельствовать о фактическом принятии  им  наследства в отсутствии с его стороны действий, свидетельствующих о вступлении во владение наследственным имуществом, либо совершения иных действий, свидетельствующих о фактическом принятии наследства. 

(Апелляционное определение Оренбургского областного суда от 04 мая 2023 года по гражданскому делу № 33-2831/2023).

 

6. Наследование выморочного имущества.  

 

В соответствии с пунктом 1 статьи 1151 ГК РФ в случае, если отсутствуют наследники как по закону, так и по завещанию, либо никто из наследников не имеет права наследовать или все наследники отстранены от наследования (статья 1117), либо никто из наследников не принял наследства, либо все наследники отказались от наследства и при этом никто из них не указал, что отказывается в пользу другого наследника (статья 1158), имущество умершего считается выморочным.

На основании пункта 2 статьи 1151 ГК РФ в порядке наследования по закону в собственность городского или сельского поселения, муниципального района (в части межселенных территорий) либо муниципального, городского округа переходит следующее выморочное имущество, находящееся на соответствующей территории: жилое помещение; земельный участок, а также расположенные на нем здания, сооружения, иные объекты недвижимого имущества; доля в праве общей долевой собственности на указанные в абзацах втором и третьем настоящего пункта объекты недвижимого имущества.

Иное выморочное имущество переходит в порядке наследования по закону в собственность Российской Федерации.

Как разъяснено в пункте 60 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 года № 9 «О судебной практике по делам о наследовании», ответственность по долгам наследодателя несут все принявшие наследство наследники независимо от основания наследования и способа принятия наследства, а также Российская Федерация, города федерального значения Москва и Санкт-Петербург или муниципальные образования, в собственность которых переходит выморочное имущество в порядке наследования по закону.

Между тем, судами допускались  ошибки в применении  вышеприведенных норм права и разъяснений постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации. 

Так, территориальное управление Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Оренбургской области не является наследником и не  несет ответственность по выплате задолженности по оплате содержания жилого помещения.

Решением Соль-Илецкого районного суда Оренбургской области от 17 июля 2023 года  исковые требования ООО «У» о взыскании задолженности и пени, обязании ответчика исполнить обязательства по договору управления многоквартирным домом удовлетворены частично. Суд признал жилое помещение выморочным и взыскал солидарно с администрации муниципального образования администрации г. Орска Оренбургской области и территориального управления Росимущества по Оренбургской области в пользу ООО «У» в пределах стоимости наследственного имущества задолженность по  содержанию и ремонту жилого помещения включающего в себя плату за оказание услуг и работ по управлению, содержанию, текущему ремонту общего имущества в многоквартирном доме.

Однако, на основании вышеприведенных подпунктов 1 и 2  статьи 1151 ГК РФ и разъяснений, содержащихся в пункте 60 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 мая 2012 года № 9 «О судебной практике по делам о наследовании», наследственное имущество Г. в виде жилого помещения, признанное судом выморочным, переходит в собственность муниципального образования г. Орск Оренбургской области, на территории которого оно находится.   

Как разъяснено в пункте 50 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 мая 2012 года № 9 «О судебной практике по делам о наследовании», выморочное имущество, при наследовании которого отказ от наследства не допускается, со дня открытия наследства переходит в порядке наследования по закону в собственность соответственно Российской Федерации, муниципального образования, города федерального значения в силу фактов, указанных в пункте 1 статьи 1151 ГК РФ, без акта принятия наследства, а также вне зависимости от оформления наследственных прав и их государственной регистрации.

С учетом изложенного, принимая во внимание, что территориальное управление  Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Оренбургской области наследником выморочного имущества в виде наследственной квартиры  не является, оснований для удовлетворения требований истца к данному ответчику не имелось, в связи с чем судебная коллегия отменила решение Соль-Илецкого районного суда Оренбургской области от 17 июля 2023 года в части взыскания солидарно с территориального управления  Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Оренбургской области в пользу ООО «У» задолженности   по  содержанию и ремонту жилого помещения, включающего в себя плату за оказание услуг и работ по управлению, содержанию, текущему ремонту общего имущества в многоквартирном доме, в общем размере 20 920,86 рублей и приняла в отменной части новое решение, которым в удовлетворении исковых требований ООО «У» к территориальному управлению  Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Оренбургской области о взыскании задолженности по оплате содержания жилого помещения, пени отказала.

(Апелляционное определение Оренбургского областного суда от 7 мая 2024 года по гражданскому делу № 33-3294/2024).

 

7. Восстановление срока для принятия наследства.

 

В соответствии со статьей 1114 ГК РФ днем открытия наследства является день смерти гражданина.

В силу пункта 1 статьи 1154  ГК РФ наследство может быть принято в течение шести месяцев со дня открытия наследства.

Согласно пункту 1 статьи 1155 ГК РФ по заявлению наследника, пропустившего срок, установленный для принятия наследства (статья 1154), суд может восстановить этот срок и признать наследника принявшим наследство, если наследник не знал и не должен был знать об открытии наследства или пропустил этот срок по другим уважительным причинам и при условии, что наследник, пропустивший срок, установленный для принятия наследства, обратился в суд в течение шести месяцев после того, как причины пропуска этого срока отпали.

Однако данные требования закона не всегда соблюдаются судами области.

Истец Ф. Алексей С. обратился в суд с  иском к Ф.В.А. о восстановлении срока для принятия наследства и признании права собственности на наследственное имущество,  указав, что 3 апреля 2023 года умер его отец  Ф.С.А., наследниками имущества которого  по закону  являются истец и его брат Ф. Александр С. Между тем, после смерти Ф.С.А. в наследство вступил наследник второй очереди, а именно, родной брат отца – Ф.В.А.. О смерти отца Ф.С.А. истцу стало известно 4 марта 2025 года, когда его (истца) мать случайно узнала об этом на улице от общего знакомого. В связи с этим он (Ф. Алексей С.) обратился к нотариусу с заявлением о принятии наследства, однако, постановлением от 6 марта 2025 года нотариус отказала в принятии заявления о принятии наследства по закону в связи с пропуском шестимесячного срока.  С учетом изложенного, ссылаясь на пункт 1 статьи 1155 ГК, истец Ф. Алексей С. просил суд:  восстановить ему срок для принятия наследства, открывшегося после смерти Ф.С.А., умершего 3 апреля 2023 года, и определить доли всех наследников в наследственном имуществе.

Определениями суда от 14 апреля 2025 года и  от 21 мая 2025 года к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, был привлечен Ф. Александр С.,  в качестве соответчика привлечена Ф.Т.Ф. (супруга Ф.В.А.).

Впоследствии третье лицо по делу Ф. Александр С., обратился в суд с самостоятельными исковыми требованиями к Ф.В.А., Ф.Т.Ф. о восстановлении срока для принятия наследства и признании права собственности на наследственное имущество,  указав, что ему также 04.03.2025 стало известно о смерти его отца Ф.С.А., умершего 03.04.2023. Наследниками первой очереди  по закону после смерти отца являются он и его брат Ф. Алексей С.. При этом с отцом он поддерживал отношения, созванивался по телефону в последний раз в феврале 2023 и тот сообщил, что переезжает на другое место жительства. После этого он (Ф.Александр С)  нескольку раз звонил отцу, но абонент был недоступен, несколько раз приезжал по старому адресу, однако дверь ему никто не открыл. Как стало известно, после смерти Ф.С.А. в наследство вступил наследник второй очереди, брат отца  Ф. В.А., который скрыл от нотариуса сведения о наличии  наследников первой очереди. С учетом изложенного, Ф. Александр С. просил суд:  восстановить ему срок для принятия им наследства, открывшегося  после смерти Ф.С.А., умершего 3 апреля 2023 года; признать за ним право собственности на ½ долю в наследственном имуществе;  выданное Ф.В.А. свидетельство о праве  на наследство признать недействительным.

Решением Дзержинского районного суда города Оренбурга от 13 августа 2025 года в удовлетворении исковых требований истца Ф. Алексея С. и третьего лица Ф. Александра С. отказано.

С данным решением не согласились истец Ф. Алексей С. и третье лицо,  заявляющее самостоятельные требования относительно предмета спора, Ф. Александр С., которые в своих апелляционных жалобах, каждый в отдельности,  просили решение суда отменить и принять по делу новое решение об удовлетворении их требований.

Проверяя законность обжалуемого решения, судебная коллегия не усмотрела оснований для отмены либо изменения решения суда исходя из следующего. 

Из материалов дела следует, что 3 апреля 2023 года умер Ф.С.А.. После его смерти нотариусом открыто наследственное дело.

Из материалов данного  наследственного дела видно, что в установленный законом шестимесячный  срок с заявлением о принятии наследства после смерти Ф.С.А. к нотариусу обратился брат умершего – Ф.В.А.,  который о наличии иных наследников, в том числе наследников первой очереди, не сообщил.

Наследственное имущество состоит из квартиры, находящейся в г. Оренбурге.

6 октября 2023 года Ф.В.А. нотариусом выдано свидетельство о праве на наследство по закону на указанное наследственное имущество

4 марта 2025 года к нотариусу с заявлением о принятии наследства обратился сын умершего Ф. Алексей С., указав, что он и Ф. Александр С. являются наследниками умершего Ф.С.А..

Постановлением нотариуса  от 6 марта 2025 года в выдаче свидетельства о праве на наследство по закону Ф. Алексею С. отказано в связи с пропуском шестимесячного срока для принятия наследства.

Разрешая спор и отказывая в удовлетворении требований истца Ф. Алексея С. и третьего лица, заявляющего самостоятельные требования, Ф. Александра С., суд первой инстанции, оценив в совокупности доказательства по делу, исходил из того, что  Ф. Алексеем С. и Ф. Александром С. не представлено доказательств уважительности причин пропуска ими срока для принятия наследства, а также свидетельствующих о наличии обстоятельств, препятствовавших реализации ими наследственных прав в установленный законом срок.

Судебная коллегия согласилась с выводами суда об отказе в удовлетворения исковых требований, поскольку они соответствуют обстоятельствам дела и требованиям закона, регулирующим правоотношения сторон.

Вышеприведенной статьей 1155 ГК РФ установлено, что наследник, пропустивший срок для принятия наследства, который не знал и не должен был знать о его открытии, может его восстановить, при условии, что срок пропущен по уважительным причинам.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 40 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации №  9 от 29 мая 2012 года «О судебной практике по делам о наследовании», споры, связанные с восстановлением срока для принятия наследства и признанием наследника принявшим наследство, рассматриваются в порядке искового производства с привлечением в качестве ответчиков наследников, приобретших наследство (при наследовании выморочного имущества - Российской Федерации либо муниципального образования, субъекта Российской Федерации), независимо от получения ими свидетельства о праве на наследство.

Требования о восстановлении срока принятия наследства и признании наследника принявшим наследство могут быть удовлетворены лишь при доказанности совокупности следующих обстоятельств:

а) наследник не знал и не должен был знать об открытии наследства или пропустил указанный срок по другим уважительным причинам. К числу таких причин следует относить обстоятельства, связанные с личностью истца, которые позволяют признать уважительными причины пропуска срока исковой давности: тяжелая болезнь, беспомощное состояние, неграмотность и т.п. (статья 205 ГК РФ), если они препятствовали принятию наследником наследства в течение всего срока, установленного для этого законом. Не являются уважительными такие обстоятельства, как кратковременное расстройство здоровья, незнание гражданско-правовых норм о сроках и порядке принятия наследства, отсутствие сведений о составе наследственного имущества и т.п.;

б) обращение в суд наследника, пропустившего срок принятия наследства, с требованием о его восстановлении последовало в течение шести месяцев после отпадения причин пропуска этого срока. Указанный шестимесячный срок, установленный для обращения в суд с данным требованием, не подлежит восстановлению, и наследник, пропустивший его, лишается права на восстановление срока принятия наследства.

В силу пункта 1 статьи 1155 ГК РФ при вынесении решения о восстановлении срока принятия наследства и признании наследника принявшим наследство суд обязан определить доли всех наследников в наследственном имуществе и принять меры по защите прав нового наследника на получение причитающейся ему доли наследства (при необходимости), а также признать недействительными ранее выданные свидетельства о праве на наследство (в соответствующих случаях - лишь в части) (пункт 41указанного постановления Пленума).

В обоснование заявленных требований Ф. Алексей С. и третье лицо Ф. Александр С. в своих исках указывали на то, что не приняли наследство в установленный шестимесячный срок, поскольку не знали о смерти отца, так как связь с ним поддерживали редко, в основном по инициативе умершего, который сам звонил, а также ссылались на то, что  ответчик Ф.В.А. намеренно сокрыл от них информацию о смерти их отца Ф.С.А., а от нотариуса – информацию о наличии наследников первой очереди.

Однако, как  указано судебной коллегией, отсутствие у Ф. Алексея С. и Ф. Александра С. сведений о смерти Ф.С.А. не относится к числу юридически значимых обстоятельств, с которыми закон связывает возможность восстановления срока для принятия наследства.

Истец Ф. Алексей С. и третье лицо по делу Ф. Александр С., являясь родным сыновьями наследодателя Ф. С.А., умершего 3 апреля 2023 года,  и проживая с ним  в одном г. Оренбурге, при жизни отца должны были проявлять интерес к его судьбе и при наличии такого интереса, при должной осмотрительности и заботливости, зная о смерти отца, могли и должны были своевременно узнать об открытии наследства и его составе,  соответственно, реализовать свои наследственные права путем обращения к нотариусу с заявлением о принятии наследства в предусмотренном порядке и в установленный законом шестимесячный срок со дня открытия наследства.

Каких-либо действий, связанных с фактическим принятием наследства, в том числе по совершению в установленный законом для принятия наследства шестимесячный срок, действий по вступлению во владение и управление наследственным имуществом, несению за свой счет расходов на его содержание Ф. Алексей С. и Ф. Александр С.  также не предпринимали и на такие обстоятельства они не ссылались.

При этом, при реализации своих прав и обязанностей гражданин, как то предусмотрено законом, не освобождается от ответственности в случае его неисполнения, он должен осуществлять должную заботливость и осмотрительность, в частности предотвращая, в том числе возможность наступления негативных последствий для него.

Доводы  Ф. Алексея С. и Ф. Александра С. о том, что они не были осведомлены об открытии наследства не являются основанием  для удовлетворения их требований, поскольку основанием к восстановлению наследнику срока для принятия наследства является не только установление судом факта неосведомленности наследника об открытии наследства после смерти наследодателя, но и представление наследником доказательств, свидетельствующих о том, что он не должен был знать об этом событии по объективным, не зависящим от него обстоятельствам.

Вместе с тем таких доказательств суду не представлено.

С учетом изложенного, ввиду отсутствия  предусмотренных законом оснований для восстановлении  срока для принятия наследства, судом первой инстанции правомерно отказано Ф. Алексею С  и Ф. Александру С. в  удовлетворении заявленных им требований.

 (Апелляционное определение Оренбургского областного суда от 02 декабря 2025 года по гражданскому делу № 33-7216/2025).

 

 

8. Раздел наследства. Преимущественное право на неделимую вещь при разделе наследства.

 

 

На основании пункта 1 статьи 252 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) имущество, находящееся в долевой собственности, может быть разделено между ее участниками по соглашению между ними.

В силу пункта 2 статьи 252 ГК РФ участник долевой собственности вправе требовать выдела своей доли из общего имущества.

Если выдел доли в натуре не допускается законом или невозможен без несоразмерного ущерба имуществу, находящемуся в общей собственности, выделяющийся собственник имеет право на выплату ему стоимости его доли другими участниками долевой собственности (пункт 3 статьи 252 ГК РФ).

В случаях, когда доля собственника незначительна, не может быть реально выделена и он не имеет существенного интереса в использовании общего имущества, суд может и при отсутствии согласия этого собственника обязать остальных участников долевой собственности выплатить ему компенсацию (пункт 4 статьи 252 ГК РФ).

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 51 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 года № 9 «О судебной практике по делам о наследовании» раздел наследственного имущества, поступившего в долевую собственность наследников, производится: в течение трех лет со дня открытия наследства по правилам ст. ст. 1165 - 1170 ГК РФ (часть вторая статьи 1164 ГК РФ), а по прошествии этого срока - по правилам статей 252, 1165, 1167 ГК РФ.

В силу пункта 1 статьи 1168 ГК РФ наследник, обладавший совместно с наследодателем правом общей собственности на неделимую вещь, доля в праве на которую входит в состав наследства, имеет при разделе наследства преимущественное право на получение в счет своей наследственной доли вещи, находившейся в общей собственности, перед наследниками, которые ранее не являлись участниками общей собственности, независимо от того, пользовались они этой вещью или нет.

Наследник, постоянно пользовавшийся неделимой вещью (статья 133), входящей в состав наследства, имеет при разделе наследства преимущественное право на получение в счет своей наследственной доли этой вещи перед наследниками, не пользовавшимися этой вещью и не являвшимися ранее участниками общей собственности на нее (пункт 2 статьи 1168 ГК РФ).

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 52 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 года № 9 «О судебной практике по делам о наследовании», преимущественное право на получение в счет своей наследственной доли входящих в состав наследства неделимой вещи, жилого помещения, раздел которого в натуре невозможен, имеют наследники, обладавшие совместно с наследодателем правом общей собственности на неделимую вещь, в том числе на жилое помещение, не подлежащее разделу в натуре, которые могут воспользоваться этим правом преимущественно перед всеми другими наследниками, не являвшимися при жизни наследодателя участниками общей собственности на неделимую вещь, включая наследников, постоянно пользовавшихся ею, и наследников, проживавших в жилом помещении, не подлежащем разделу в натуре.

По смыслу указанных выше норм и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, преимущественное право такого наследника обусловлено его участием при жизни наследодателя и вместе с ним в праве общей собственности на такую вещь, то есть когда спорная неделимая вещь до открытия наследства принадлежала ему и наследодателю на праве общей собственности. При этом не имеет значения, каким было соотношение размеров долей наследодателя и наследника в праве общей собственности на неделимую вещь, а также пользовался ли другой наследник этой вещью.

В силу пункта 1 статьи 1170 ГК РФ несоразмерность наследственного имущества, о преимущественном праве на получение которого заявляет наследник на основании статей 1168 или 1169 названного Кодекса, с наследственной долей этого наследника устраняется передачей этим наследником остальным наследникам другого имущества из состава наследства или предоставлением иной компенсации, в том числе выплатой соответствующей денежной суммы.

Из содержания разъяснений, содержащихся в пункте 54 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 года № 9 «О судебной практике по делам о наследовании», следует, что компенсация несоразмерности получаемого наследственного имущества с наследственной долей, возникающей в случае осуществления наследником преимущественного права, установленного статьей 1168 или статьей 1169 ГК РФ, предоставляется остальным наследникам, которые не имеют указанного преимущественного права, независимо от их согласия на это, а также величины их доли и наличия интереса в использовании общего имущества, но до осуществления преимущественного права (если соглашением между наследниками не установлено иное).

Изучение судебной практики показало, что при разрешении споров, связанных с разделом наследственного имущества судами области не всегда учитывались вышеприведенные нормы закона  и разъяснения, содержащиеся в указанном постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации.

Истец К.И.А. обратилась в суд с иском к Х.Е.Н., действующей в своих интересах и в интересах несовершеннолетнего сына К.А.С., о разделе наследственного имущества, в котором просила  суд:

произвести раздел наследственного имущества, открывшегося после смерти К.С.В. между наследниками, сторонами по делу:

прекратить право общей долевой собственности Х.Е.Н., К.А.С., каждого, на 1/20 долю квартиры и на 1/40 долю земельного участка;

признать право общей долевой собственности за истцом  на указанные доли квартиры и земельного участка;

взыскать с неё (К.И.А.) в пользу Х.Е.Н. и  К.А.С., каждого в отдельности, денежную компенсацию в сумме 88 800 рублей путем перечисления данной компенсации со счета Управления Судебного департамента в Оренбургской области за счет денежных средств, внесенных К.И.А., на счета  Х.Е.Н. и К.А.С., открытые в банке.

Решением Оренбургского районного суда Оренбургской области от 7 июня 2024 года исковые требования К.И.А.  удовлетворены.

С таким решением не согласилась ответчик Х.Е.Н., действующая от своего имени и в интересах своего несовершеннолетнего сына К.А.С.,  которая в поданной апелляционной жалобе  просила отменить решение суда, ссылаясь на его незаконность и необоснованность. 

Определением судебной коллегии по гражданским делам Оренбургского областного суда от 20 мая 2025 года произведен переход к рассмотрению данного дела по правилам производства в суде первой инстанции без учета особенностей, установленных главой 39 ГПК РФ, в связи с привлечением к участию в деле третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора.  

Из материалов дела видно, что 8 декабря 2021 года наследодатель К.С.В. умер.

Согласно материалам наследственного дела, открытого после смерти К.С.В., умершего 8 декабря 2021 года, наследниками его имущества являются: супруга Х. (прежняя фамилия –К)Е.Н. в размере 1/5 доли наследства, сын К.А.С. -- 1/5 доли, сын от первого брака умершего  К.И.С. -- 1/5 доли, мать умершего К.И.А. – в размере 2/5 доли ввиду отказа от наследства в её пользу мужа (отца умершего) К.В.И..

В состав наследственного имущества, ставшего предметом настоящего спора, вошло недвижимое имущество: 1/4 доля квартиры и 1/8 доля земельного участка.

Впоследствии, с учетом принятого Оренбургским районным судом Оренбургской области решения от 19 сентября 2022 года  о разделе совместно нажитого имущества супругов и совершенной 6 декабря 2023 года Х.Е.Н., действующей также в качестве законного представителя К.А.С., сделки купли-продажи, доли Х.Е.Н. и её несовершеннолетнего сына, каждого, на момент рассмотрения настоящего дела  составляли по 1/20 доле в жилом доме и по 1/20 доле в земельном участке. 

Истец  К.И.А., обращаясь в суд с настоящим иском,  на основании статей 1168 и 133 ГК РФ, просила признать за ней преимущественное право на наследственное имущество после смерти сына в виде 1/10 доли в праве на жилой дом и 1/20 доле в праве собственности на земельный участок, принадлежащих суммарно ответчикам (супруге и несовершеннолетнему сыну наследодателя).

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 51 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 года № 9 «О судебной практике по делам о наследовании» раздел наследственного имущества, поступившего в долевую собственность наследников, производится: в течение трех лет со дня открытия наследства по правилам статей 1165 - 1170 ГК РФ (часть вторая статьи 1164 ГК РФ), а по прошествии этого срока - по правилам статей 252, 1165, 1167 ГК РФ.

В связи с этим, ввиду смерти наследодателя К.С.В., умершего 08 декабря 2021 года, и подачи настоящего иска 19 января 2024 года к правоотношениям подлежат применению положения статей 1165 - 1170 ГК РФ.

При изложенных обстоятельствах, поскольку истец К.И.А. до момента открытия наследства (8 декабря 2021 года) обладала с сыном К.С.В. правом общей собственности на жилой дом и земельный участок, у К.И.А.,  на основании вышеприведенного  пункта 1 статьи 1168 ГК РФ, возникло преимущественное право на получение в счет своей наследственной доли остальных долей в данном недвижимом имуществе с компенсацией другим наследникам его стоимости.

При этом факт возражений других наследников против выплаты им денежной компенсации и размер их доли, правового значения в данном случае не имеет.

С учетом изложенного, принимая во внимание, что иного наследственного имущества у наследников не имеется, судебная коллегия пришла к выводу о том, раздел наследства в данном случае осуществляется с учетом преимущественного права истца, что предполагает передачу истцу доли в общей собственности на жилой дом и земельный участок, которыми истец К.И.А. владела совместно с наследодателем К.С.В., с выплатой ответчикам денежной компенсации стоимости их долей в жилом доме и земельном участке,  независимо от размера их долей и согласия на такую компенсацию.

Кроме того, суд апелляционной инстанции также учел, что принадлежащая ответчику Х.Е.Н. и её несовершеннолетнему К.А.С. в порядке наследования   доли – в размере по 1/20 доли квартиры (неделимой вещи)  и по 1/40 доли земельного участка,  являются незначительными, не могут быть реально выделены, Х.Е.Н. и её несовершеннолетний сын  К.А.С. не проживают в данном жилом помещении,  проживают со своей семьей по другому адресу,  Х.Е.Н.  имеет в собственности иное жилое помещение,   в связи с чем,  ответчики не имеют существенного интереса в использовании спорных  жилого дома и земельного участка.

При таких обстоятельствах судебная коллегия пришла к выводу   о наличии оснований  для удовлетворения требований истца К.И.А. и раздела наследственного имущества, открывшегося после смерти К.С.В., прекращения  права общей долевой собственности Х.Е.Н. и К.А.С., каждого, на 1/20 долю квартиры и на 1/40 долю земельного участка,   признания  права собственности на указанные доли за К.И.А.  с взысканием с последней в пользу Х.Е.Н. и К.А.С.  денежной компенсации в счет возмещения стоимости их долей в указанном имуществе,  в сумме по 111 000 рублей каждому, за счет  денежных средств, внесенных К.И.А. на счет Управления Судебного департамента в Оренбургской области путем перечисления их на счета Х.Е.Н. и  К.А.С., открытые в банке.

 (Апелляционное определение Оренбургского областного суда от 5 февраля 2026 года по гражданскому делу № 33-464/2026 (33-8192/2025)).

 

 

9. В случае, если при принятии наследства после истечения установленного срока с соблюдением правил ст. 1155 ГК РФ, возврат наследственного имущества в натуре невозможен из-за отсутствия у наследника, своевременно принявшего наследство, соответствующего имущества, независимо от причин, по которым наступила невозможность его возврата в натуре, наследник, принявший наследство после истечения установленного срока, имеет право лишь на денежную компенсацию своей доли в наследстве. 

Так, истец П.А.В. обратился в суд с иском о признании права собственности на имущество в порядке наследования, в котором просил суд включить в состав наследственной массы после смерти П.В.В. квартиру и земельный участок, признать за ним (П.А.В.)   право собственности на указанное имущество.

Решением Оренбургского районного суда Оренбургской области от 16 сентября 2019 года исковые требования удовлетворены.

С данным решением суда не согласился П.Е.В., - лицо, не привлеченное к участию в деле, который в поданной  апелляционной жалобе ссылался на нарушение его прав обжалуемым решением.

Определением судебной коллегии по гражданским делам Оренбургского областного суда от 16 января 2025 года суд апелляционной инстанции перешел к рассмотрению дела по правилам производства в суде первой инстанции без учета особенностей, предусмотренных главой 39 ГПК РФ, в связи с непривлечением к участию в деле заявителя жалобы П.Е.В.  и привлек его к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора.

Впоследствии третье лицо П.Е.В. заявило самостоятельные требования к ответчикам Т., К., П. об установлении факта принятия им наследства, истребовании имущества, признании сделок недействительными, указав, что в ходе рассмотрения Оренбургским районным судом гражданского дела  по его заявлению об установлении факта принятия наследства после смерти отца, ему стало известно, что в настоящее время собственником земельного участка и жилого дома, принадлежавших его отцу,  является Т. на основании договора купли-продажи от 22 февраля 2024 года, заключенного ею с К., которая в свою очередь приобрела земельный участок и жилой дом у П.А.В. по договору купли-продажи от 20 ноября 2020 года. При этом за П.А.В. право собственности было зарегистрировано на основании решения Оренбургского районного суда Оренбургской области от 16 сентября 2019 года, однако имеется другой наследник первой очереди (П.Е.В.), фактически принявший наследство, ввиду чего все совершенные сделки подлежат отмене как недействительные. В связи  этим П.Е.В. просил суд:

аннулировать запись в Росреестре о регистрации права собственности П.А.В. на земельный участок и квартиру от 16 сентября 2019 года;

признать договор купли-продажи от 20 ноября 2020 года земельного участка и квартиры, заключенный между П.А.В. и К. недействительным;

аннулировать запись в Росреестре о регистрации права собственности К. на указанные объекты недвижимости;

признать договор купли-продажи от 22 февраля 2024 года земельного участка и квартиры, заключенный между К. и Т. недействительным и аннулировать запись в Росреестре о регистрации права собственности Т. на указанные объекты недвижимости;

изъять земельный участок и квартиру из чужого незаконного владения Т.;

включить спорные объекты недвижимости в наследственную массу умершего П.В.В.;

установить факт принятия П.Е.В. наследства от П.В.В. в виде ½ доли в праве на спорные квартиру и земельный участок;

признать за ним (П.Е.В.) право собственности на ½ доли в праве на спорные квартиру и земельный участок.

Судебной коллегией установлено, что право собственности на наследственное имущество П.В.В. перешло к его двум сыновьям – П.А.В. и П.Е.В..

В тоже время, установлено и не оспаривалось, что П.А.В., являясь собственником на основании решения суда от 16 сентября 2019 года,  единолично распорядился наследственным имуществом отца, продав его без согласия брата П.Е.В. и без возмещения последнему какой-либо компенсации. 

П.Е.В. полагал, что сделки по отчуждению спорного недвижимого имущества недействительны, как не соответствующие требованиям закона, поскольку совершены в отсутствие его воли, как  сособственника в порядке наследования.  

Разрешая спор,  судебная коллегия признала установленным факт того, что собственник спорного недвижимого имущества в настоящее время Т. является его добросовестным приобретателем, поскольку на момент приобретения ею в собственность спорного недвижимого имущества сведения о наличии прав иных лиц на данное недвижимое имущество отсутствовали, в ЕГРН содержались сведения только о наличии права собственности П.А.В. и впоследствии К., в связи с чем, Т. не могла знать о том, что приобретаемое ею имущество также имеет собственника П.Е.В., в связи с чем у Т. отсутствовали основания для того, чтобы усомниться в праве собственности К. на квартиру и земельный участок при совершении сделки купли – продажи от 22 февраля 2024 года.

Однако, поскольку суд не связан правовой квалификацией правоотношений, предложенной лицами, участвующими в деле, он должен разрешить возникший спор с учетом обстоятельств дела, и на основании положений законодательства, регулирующего соответствующие правоотношения.

Аналогичная правовая позиция приведена в пункте 3 постановления             № 10/22 от 29 апреля 2010 года «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации».

Исходя из изложенного и обстоятельств данного конкретного дела, в котором длительное, без наличия уважительных причин, бездействие одного из наследников – П.Е.В., выразившееся в несовершении в течение более 10 лет действий по защите и установлению наследственных прав, привело к приобретению спорного наследственного имущества добросовестным приобретателем, судебная коллегия пришла к выводу о том, что П.Е.В., заявляя требования о признании сделок недействительными и применении последствий их недействительности, фактически избрал ненадлежащий способ защиты своих наследственных прав, поскольку в данном случае он имеет право только на денежную компенсацию своих долей в праве на наследственное имущество, на основании следующего.

Так, согласно пункту 42 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 года № 9 «О судебной практике по делам о наследовании», если при принятии наследства после истечения установленного срока с соблюдением правил статьи 1155 ГК РФ, возврат наследственного имущества в натуре невозможен из-за отсутствия у наследника, своевременно принявшего наследство, соответствующего имущества независимо от причин, по которым наступила невозможность его возврата в натуре, наследник, принявший наследство после истечения установленного срока, имеет право лишь на денежную компенсацию своей доли в наследстве

В силу пункта 1 статьи 1105 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае невозможности возвратить в натуре неосновательно полученное или сбереженное имущество приобретатель должен возместить потерпевшему действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, если приобретатель не возместил его стоимость немедленно после того, как узнал о неосновательности обогащения.

Несмотря на то, что П.Е.В. фактически принял наследство в установленный законом срок, указанные разъяснения применимы и к настоящим правоотношениям, поскольку положения статьи 1105 ГК РФ распространяются на случаи невозможности возвратить в натуре неосновательно полученное имущество, в данном случае приобретенную долю в наследстве, причитающуюся наследнику.

С учетом изложенного, в связи с наличием у спорного имущества собственника Т., являющейся добросовестным приобретателем, судебная коллегия отказала в иске П.А.В. о признании за ним права  собственности на спорное имущество, поскольку ранее он единолично распорядился этим имуществом, продав его,  пусть и на основании отмененного судебного акта, получив денежную стоимость проданного имущества, а также отказала в удовлетворении требований П.Е.В. о признании за ним права собственности на ½ долю в наследственном имуществе с признанием недействительными сделок купли-продажи в отношении спорного имущества и аннулированием записей в ЕГРН о правах на них, истребованием имущества, и постановила взыскать с П.А.В. в пользу П.Е.В. денежную компенсацию в размере рыночной стоимости спорного имущества на дату рассмотрения спора, определенной заключением  судебной экспертизы, которая составила 1 157 500 рублей, из расчета: 2 315 000 (общая стоимость квартиры и земельного участка) / 2.

В связи с этим, поскольку нарушенные права П.Е.В. восстановлены путем взыскания в его пользу компенсации за счет средств лица, совершившего неправомерное отчуждение имущества, судебная коллегия также не усмотрела оснований для удовлетворения его исковых требований, заявленных к ответчикам  Т. и К..

 (Апелляционное определение Оренбургского областного суда от 25 декабря 2025 года по гражданскому делу № 33-378/2025 (33-9205/2024)).

 

 

10. Переход права на принятие наследства (наследственная трансмиссия).   

 

Наследственная трансмиссия - это переход права на принятие наследства к другим лицам, когда наследник, призванный к наследованию по закону или по завещанию (трансмитент или наследник 1), умер после открытия наследства, не успев принять его в установленный срок (пункт 1 статья 1156 ГК РФ).

Наследственная трансмиссия возможна при наличии двух условий: если наследство открыто (наследодатель умер или был объявлен умершим) и если вслед за наследодателем умирает наследник, не успев в установленный законом срок принять наследство или отказаться от него.

Истец В.Т.Г. обратилась в суд с иском к ответчику Е.Е.А., указав, что 29 сентября 2021 года умерла В.Н.В., которая приходилась матерью её супругу  В.А.Н.. После смерти В.Н.В. заведено наследственное дело. Наследство состоит из 1/3 доли квартиры, находящейся в г. Оренбурге. Наследниками имущества В.Н.В. по закону являются супруг истца – В.А.Н. и его две сестры (дочери умершей) К. и А.. Фактически супруг истца принял наследство после смерти матери, однако не смог получить свидетельство о праве собственности в порядке наследования, так как умер 13 марта  2022 года. При этом, при жизни В.А.Н. оставил завещание, в соответствии с которым все  имущество завещал истцу. Она (истец В.Т.Г.)  своевременно обратилась к нотариусу с заявлением о принятии наследства после смерти супруга, заведено наследственное дело. Между тем истец полагает, что нотариус неправильно определила причитающуюся ей долю в порядке наследования по завещанию, указав, что это 1/18 доля, тогда как, по мнению истца, размер доли составляет 1/9. Нотариус включила в число наследников внучку умершей В.Н.В. – Е.Е.А., которая не является наследником первой очереди, так как супруг истца при жизни оставил завещание именно на имя пережившей супруги. С учетом изложенного истец В.Т.Г. просила суд установить факт принятия В.А.Н. наследства, открывшегося после смерти матери В.Н.В., умершей 29 сентября 2021 года,  и признать за истцом право собственности на 1/18 долю квартиры, кроме принадлежащей ей уже 1/18 доли, а всего в размере 1/9 доли.

Решением Промышленного районного суда города Оренбурга от 13 декабря 2023 года в удовлетворении исковых требований В.Т.Г. об установлении факта принятия наследства и признании права собственности на 1/9 доли квартиры в порядке наследования отказано.  

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Оренбургского областного суда  решение Промышленного районного суда города Оренбурга от 13 декабря 2023 года оставлено без изменения, ввиду того, что имущество после смерти В.А.Н., умершего  13 марта 2022 года, наследуется его наследниками самостоятельно по закону и по завещанию, а составленное им при жизни завещание в пользу истца В.Т.Г.  распространяется на имущество, принадлежащее наследодателю В.А.Н. на момент смерти – на 13 марта 2022 года, тогда как доля в квартире, которая являлась наследственным имуществом после смерти его (В.А.Н.) матери В.Н.В., умершей 29 сентября 2021 года,  не принадлежала умершему В.А.Н. и наследуется в порядке наследственной трансмиссии, в связи с чем не может быть включена в  состав наследства, открывшегося после его смерти.

Так, наследник первой очереди имущества В.Н.В.,  умершей 29 сентября 2021 года,   её сын В.А.Н., призванный к наследованию по закону после смерти матери, умер 13 марта 2022 года, то есть  после открытия наследства В.Н.В., состоящего из 1/3 доли квартиры, не успев его принять в установленный срок, в связи с чем, право на принятие причитавшегося В.А.Н. наследства в размере  1/3 доли наследства (исходя из троих наследников умершей В.Н.В.)     переходит к  его наследникам по закону - жене В.Т.Г. и дочери Е.Е.А. в порядке наследственной трансмиссии,  поскольку оба наследника обратились в установленный срок к нотариусу с заявлением о принятии наследства В.Н.В. после  смерти  наследника В.А.Н. (наследственная трансмиссия).

Наличие завещания В.А.Н. от 12 марта 2022 года, которым он все свое имущество завещал супруге В.Т.Г.,  не является основанием для включения права на принятие причитавшегося ему наследства после смерти матери В.Н.В. в  состав  его наследства в силу  вышеприведенных положений пункта 1 статьи 1156 ГК РФ.

Переход права на принятие наследства в порядке наследственной трансмиссии к наследникам по завещанию  возникает только в случае, если все  имущество первоначального наследодателя было завещано.

В связи с этим, к В.Т.Г. в порядке наследственной трансмиссии переходит право  на принятие наследства В.Н.В. в виде  1/18 доли квартиры, поскольку  доля  В.А.Н.  в размере 1/9 доли квартиры  (1/3 доли наследства матери, состоящей  из 1/3 доли квартиры)  распределяется  между его двумя наследниками по закону В.Т.Г. (женой) и Е.Е.А.(дочерью) в равных долях.

Таким образом, оснований для  признания за истцом  В.Т.Г. права на 1/9 долю квартиры, как наследника имущества В.А.Н. по завещанию, не имеется, ввиду чего судом первой инстанции правомерно отказано в удовлетворении требований истца.

(Апелляционное определение Оренбургского областного суда от 19 марта 2024 года по гражданскому делу № 33-2088/2024).

 

Проведенное обобщение судебной практики споров, связанных с наследованием имущества, показало, что районные, городские суды области в основном правильно применяют законодательство, регулирующее указанные правоотношения.

Вместе с тем имеющиеся при рассмотрении данной категории дел  нарушения судами норм материального и процессуального права свидетельствуют о необходимости проведения более тщательной подготовки к судебному разбирательству с учетом правильного установления юридически значимых обстоятельств.

В целях недопущения указанных в обобщении ошибок при рассмотрении гражданских дел связанных с наследованием имущества, следует также рекомендовать судьям учитывать обзоры и обобщения судебной практики Верховного Суда Российской Федерации, практику Шестого кассационного суда общей юрисдикции по конкретным делам, а также практику областного суда, сформированную по результатам проверки законности судебных актов в апелляционном порядке.

 

 

Судебная коллегия по гражданским

делам Оренбургского областного суда